Мало кто любит больницы, большинству не доставляет удовольствие там находиться. Я вроде нормальная, но в какой-то момент переключатель сработал, и я начала думать: «Больница. Я ведь никогда не была здесь пациентом, я же теперь смогу увидеть обратную сторону моей деятельности. Операция. Моя первая и последняя операция. Это же опыт. Это же что-то новое. Наркоз. А тем более полный! Круто! Наконец кому-то удастся выключить мой разум так легко.»

А Sandmann здесь милый. Так нежно пожимал мою руку. Его восточный акцент совсем не режет слух, такой мягкий. Вот только с парфюмом перебарщивает.

Насколько нужно быть ужасным человеком, как можно было до такого дожить, что никто не может меня забрать из больницы, что у меня никого нет в этом городе? Придется куковать ночь в больничке.

Всё прошло гораздо быстрее и легче, чем я предполагала. Самым ужасным было ощущать свою беспомощность, когда меня полную сил на кровати везли по коридорам больницы, где почти на каждом шагу могла увидеть знакомое лицо и те пару часов, когда мне нельзя было вставать самостоятельно с постели, а очень хотелось посетить соседнюю комнатку и облегчить мое существование, а на утку ну никак не получалось.

А еще после суток отсутствия еды и 12 часов отсутствия питья, не смотря на 2 капельницы, как-то хотелось есть, а главное пить! С пьем проблем нет, вначале можно было погонять медсестричку, а после в Teeküche можно и воды себе налить и выбрать один из предложенных видов чая… а вот до ужина долго еще нужно было ждать. А ужин показался мне легким, хотя чего я могла еще ожидать?! Знала куда шла. Интересно, это нормально когда после наркоза наступает жор?
Зато мне с соседкой повезло, мы с ней, когда нам обоим разрешили вставать, прогулялись по отделению, набрали себе воды, нашли на Teeküche несколько печенок оставшихся с «полдника», схомячили их, полюбовались на радугу на фоне местных холмов после сильнейшего дождя, обсудили все ее 3 операции и кучу ее родственников. Так что даже хорошо, что я осталась на ночь в больнице.

Запись сделана: 20.08 – 24.08